РИЗОПОЛОЖЕНЧЕСКИЙ Logo МУЖСКОЙ МОНАСТЫРЬ

О поминовении ближних

О поминовении ближних

Трапеза любви

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Почти у каж­до­го хри­сти­а­ни­на име­ет­ся малень­кая книж­ка, назы­ва­е­мая Помян­ник — образ древ­не­го дипти­ха, где напи­са­ны име­на живых и усоп­ших. Эту книж­ку он пода­ет в хра­ме на про­ско­ми­дию и екте­ньи, на молеб­ны и пани­хи­ды, ее он дол­жен читать еже­днев­но в сво­их домаш­них молит­вах.

Что озна­ча­ет спи­сок имен? Каж­дое имя зна­ме­ну­ет собой чело­ве­ка: в спис­ке живых — чело­ве­че­скую лич­ность, в спис­ке умер­ших — душу, ушед­шую в дру­гой мир — в неве­до­мое нам бытие. Помян­ник это то духов­ное поле, на кото­ром мы неви­ди­мо встре­ча­ем­ся с душа­ми живых и усоп­ших, не толь­ко с ними, но и с их анге­ла­ми-хра­ни­те­ля­ми. Помян­ник — это связь меж­ду живы­ми и мерт­вы­ми, меж­ду все­ми, кто носит имя хри­сти­а­ни­на, связь через бла­го­дать, где нет пре­пят­ствий и рас­сто­я­ний, нет дале­ких и близ­ких, нет раз­де­ле­ния и раз­ли­чия меж­ду живу­щи­ми на зем­ле и теми, кто нахо­дит­ся под зем­лей, чьи тела пре­бы­ва­ют в моги­лах, как на сво­их ложах до вос­кре­се­ния из мерт­вых. Мы все нахо­дим­ся в духов­ном гра­де, имя кото­ро­го Цер­ковь.

Помян­ник это место встре­чи; путь туда лежит через чело­ве­че­ское серд­це. Толь­ко голос серд­ца слы­шан на небе, а сло­ва одних уст бес­след­но рас­те­ка­ют­ся по воз­ду­ху и исче­за­ют, как рябь на поверх­но­сти воды. Нера­ди­вая молит­ва не еди­нит чело­ве­че­ских душ; она похо­жа на цепь с разо­рван­ны­ми зве­нья­ми. Под каж­дый име­нем скрыт чело­век, с его нуж­да­ми, стра­да­ни­я­ми и болью. Каж­дое имя это уста, кото­рые про­сят нас о помо­щи, осо­бен­но име­на умер­ших — это без­звуч­ные кри­ки из могил. Мы долж­ны обра­щать­ся с име­на­ми, слов­но с теми людь­ми, кото­рые скры­ты под ними, как под заве­сой.

Есть обы­ден­ное выра­же­ние «читать помян­ник». Как часто мы дела­ем это бук­валь­но — чита­ем, а не молим­ся, пере­чис­ля­ем име­на, буд­то отсчи­ты­ва­ем камуш­ки, а неред­ко чита­ем с отклю­чен­ным сон­ным созна­ни­ем, рас­слаб­лен­ной волей, рас­се­ян­ны­ми мыс­ля­ми, как буд­то сле­пы­ми гла­за­ми.

Молит­ва име­ет один корень со сло­ва­ми «молить, умо­лять, мило­вать, милость, уми­ле­ние». Молить­ся это про­сить Бога о поми­ло­ва­нии, как осуж­ден­ный про­сит судью о поща­де. Умо­лять это зна­чит, чув­ство­вать чужую боль, как свою соб­ствен­ную, это про­тя­ги­вать руку упав­ше­му, это как бы брать на себя тяжесть изне­мо­га­ю­ще­го под ношей. Молить­ся — зна­чит обра­щать­ся к морю боже­ствен­но­го мило­сер­дия, поэто­му молит­ва долж­на быть оду­шев­ле­на надеж­дой; даже белый цвет стра­ниц помян­ни­ка, на кото­рых напи­са­ны име­на, слу­жит как бы фоном молит­вы, а вер­нее зна­ком надеж­ды, с кото­рой мы долж­ны про­из­но­сить их.

Две части помян­ни­ка похо­жи на день и ночь. Живые нахо­дят­ся на зем­ле, как бы при све­те дня; мы можем их видеть, слы­шать и ося­зать. Усоп­шие ушли в тот мир, кото­рый для нас оста­ет­ся тай­ной: они живы, но мы не видим их, как в ноч­ной тем­но­те.

Помян­ник это сим­вол того, что наши близ­кие все­гда с нами. Помян­ник это память о смер­ти, с кото­рой каж­дый из нас под­пи­сал дого­вор в день сво­е­го рож­де­ния: те, кто нахо­дят­ся в спис­ке живых, в свое вре­мя перей­дут в спи­сок умер­ших, но нет ни одно­го име­ни, кото­рое было бы пере­не­се­но обрат­но. Еще ни один чело­век на све­те не обра­тил­ся назад на этом пути, как не может вол­на реки пой­ти про­тив пото­ка. В тоже вре­мя, помян­ник — сви­де­тель­ство о том, что смер­ти нет, что смерть это толь­ко раз­лу­ка, но и ее пре­одо­ле­ва­ет молит­ва.

На зем­ле все стра­да­ют — и пра­вед­ные и греш­ные; все нуж­да­ют­ся в помо­щи и состра­да­нии, поэто­му име­на, напи­сан­ные чер­ни­ла­ми, в духов­ном плане напи­са­ны сле­за­ми и кро­вью.

Помян­ник — баро­метр нашей люб­ви: насколь­ко вни­ма­тель­но мы чита­ем его, насколь­ко име­на глу­бо­ко про­хо­дят через наше серд­це и согре­ва­ют­ся теп­лом, — настоль­ко мы испол­ня­ем запо­ведь Божию о люб­ви, кото­рая выше зако­на.

Вера, надеж­да и любовь — три­еди­ны. Но вера это пер­вая сту­пень духов­но­го вос­хож­де­ния; она рож­да­ет вни­ма­ние и укреп­ля­ет тер­пе­ние в молит­ве. Вни­ма­тель­ная молит­ва дает чело­ве­ку некое таин­ствен­ное изве­ще­ние о том, что он услы­шан Богом. Надеж­да изго­ня­ет сомне­ние и низ­во­дит в душу бла­го­дать, кото­рая откры­ва­ет­ся как любовь; тогда чело­век молит­ся о сво­их вра­гах, как о дру­зьях, и не хочет, что­бы кто-либо был нака­зан за него. Он молит­ся о бла­го­по­лу­чии сво­их обид­чи­ков и про­ща­ет их, хотя бы они не про­си­ли про­ще­ния. Име­на вра­гов в помян­ни­ке это ключ к духов­ной сокро­вищ­ни­це, это тот огонь, кото­рый сжи­га­ет зависть как соло­му, изго­ня­ет зло­бу и мсти­тель­ность, как змей из серд­ца, и дела­ет вра­гов дру­зья­ми. Молить­ся сосре­до­то­чен­но и вни­ма­тель­но труд­но, как про­ли­вать кровь; поэто­му помян­ник похож на поле неви­ди­мо­го боя; но после усерд­ной молит­вы за людей чело­век чув­ству­ет покой сове­сти и радость как тор­же­ство побе­ды.

Помян­ник — это воз­мож­ность выпла­тить долг усоп­шим, кото­рый остал­ся за нами. Помян­ник — это запе­ча­тан­ное пись­мо, посы­ла­е­мое Богу. Помян­ник — про­вер­ка веры, обли­че­ние надеж­ды, испы­та­ние люб­ви, это рас­кры­тие того, что скры­то в нашем серд­це: состра­да­ние или без­раз­ли­чие, теп­ло вес­ны или холод зимы. Помян­ник — это при­го­тов­ле­ние к соб­ствен­ной смер­ти, когда душу встре­тят те, кого она люби­ла, за кого моли­лась, кто опе­ре­дил ее на пути в веч­ность. Помян­ник — это тра­пе­за в тво­ем доме для нищих и стран­ни­ков, и пир люб­ви для дру­зей. Невни­ма­тель­ная молит­ва похо­жа на рас­сте­лен­ную ска­терть без яств: ты позвал гостей и отпу­стил их голод­ны­ми. Нера­ди­вая молит­ва это зер­ка­ло тво­е­го лице­ме­рия. Помян­ник — это плат, кото­рым ты можешь отте­реть сле­зы скор­бя­щих или оби­жен­ных тобой. Помян­ник — это вервь, бро­шен­ная тем, кто нахо­дит­ся в аду, как бро­са­ют верев­ку уто­па­ю­щем в ому­те. Помян­ник, отдан­ный в алтарь на литур­гию, ста­но­вит­ся подоб­ным ски­нии Авра­ама, где все нуж­да­ю­щи­е­ся обре­та­ют покой. Когда ты вни­ма­тель­но чита­ешь помян­ник, то он ста­но­вит­ся подоб­ным небу, свер­ка­ю­ще­му звез­да­ми, а когда нера­ди­во — то небу, покры­то­му обла­ка­ми.

Греш­ник — враг соб­ствен­ной души, кото­рая не толь­ко в буду­щем веке, но и здесь на зем­ле стра­да­ет, хотя бы он сам не осо­зна­вал это­го, как не пони­ма­ет рож­ден­ный в тем­ни­це, что он лишен сол­неч­но­го све­та. Но в душе даже греш­ни­ка есть некая память о небе и, поэто­му, име­на людей, поте­ряв­ших Бога, это очи их духа, напол­нен­ные сле­за­ми, кото­рые обра­ще­ны к тебе с моль­бой.

Помян­ник — воз­мож­ность все­гда и вез­де делать людям доб­ро. Когда чело­век от души молит­ся за дру­гих, то их анге­лы-хра­ни­те­ли молят­ся за него; поэто­му помян­ник один из источ­ни­ков духов­но­го све­та для тебя само­го, и твоя молит­ва, как отра­жен­ный свет, уси­лен­ный моли­ва­ми анге­лов, воз­вра­ща­ет­ся к тебе. Помян­ник — копил­ка духов­ной мило­сты­ни, и ее твой ангел-хра­ни­тель поло­жит на весы пра­во­су­дия Божия в день Суда; и тогда ты уви­дишь, что каж­дая твоя молит­ва, похо­жая на леп­ты вдо­ви­цы, пре­вра­ти­лась в слит­ки золо­та. Помян­ник это пред­вест­ник тво­ей буду­щей встре­чи с теми, о ком ты молил­ся; они будут бла­го­дар­ны тебе боль­ше, чем голод­ные тому, кто кор­мил их. Самое выс­шее сча­стье чело­ве­ка — уме­ние любить. Любовь это сама жизнь, а помян­ник — воз­мож­ность еже­днев­но учить­ся нау­ке любить людей.

В помян­ни­ке скре­щи­ва­ют­ся пути: от серд­ца к серд­цу — тех, кто на зем­ле; молит­ва о тех, кто спа­сен, — это путь, ухо­дя­щий в небо; молит­ва о тех, кто осуж­ден, — луч, нис­хо­дя­щий в без­дну ада. Эти три пути, пере­се­ка­ясь друг с дру­гом, обра­зу­ют крест.

Гос­подь ска­зал: «Какой мерой мери­те, такой будет отме­ре­но вам», и еще: «Бла­жен­ны мило­сти­вые, ибо они поми­ло­ва­ны будут». Твой помян­ник, если ты часто рас­кры­ва­ешь его как пти­ца кры­лья, это надеж­да на то, что твое имя будет напи­са­но в веч­ном Помян­ни­ке на небе­сах в памя­ти Божи­ей.